Ощущение кризиса в деревне

In Деревня, Островиада

Узоры на окне

Scroll this

Уже неделя прошла с момента нашего возвращения с большой земли. Поездка была длинная. Сначала через лёд в Рыбинск с ночевкой, потом в Ярославль за вещами, потом Москва почти на три дня, затем Белгород на неделю и обратно. Очередная вылазка в город лишь укрепили меня в нашем решении жить тут, в деревне. Попробую объяснить почему.

Говорить про просторы, природу, свежий воздух и прочее не имеет смысла. Любому человеку, имеющему связь с природой это и так понятно, а не имеющему – и не понять. Странное самоощущение путешествовало со мной за компанию. Я уже начала чувствовать себя в городе как инопланетянка. Такое ощущение, будто ты случайно попал в иной мир и наблюдаешь его как бы со стороны. Не с высока, нет, а именно что со стороны. И многие вещи, бывшие раньше абсолютно привычными и естественными для меня, теперь казались совсем странными.

Ну вот, к примеру. Многие говорят, что к нам сложно добраться в гости, да и вообще сложно на Острове с логистикой – нужно идти три километра через лес и поля, потом плыть на пароме или лодке, а зимой – по льду. Кошмар, как сложно. Так вот, путь, когда мы ехали из Зеленограда в Москву – путь, который многие проделывают дважды за день, показался мне куда сложнее. Ожидание нужной и свободной маршрутки, посадка в электричку, подход к которой едва ли пригоден, скажем, для коляски, почти час езды в душном вагоне, где тебя окружают сплошь унылые лица, согнутые под тяжестью забот, проблем и накопившейся усталости, потом шумный вокзал, где в тебя так и норовят врезаться, обогнать, подвинуть, затем шумное метро… Картинки, мелькавшие за окном электрички, сплошь состоявшие из серых пейзажей районных муравейников… Право, такой путь дважды в день кажется мне гораздо более неудобным, угнетающим и отнимающим силы, нежели наши три километра пешком по заповедному лесу и десятиминутное путешествие по воде в сопровождении чаек. Этот путь до города занимает у нас час времени, а сил и вдохновения дает на весь день, если ехать летом утренним паромом. Да, дорога эта не в Москву-столицу, а в небольшой уездный городок, когда-то бывший крупным торгово-экономическим узлом России, но тут уж каждый по душе выбирает – столичная “динамика” или уездная тишь. А я лишний раз убедилась, что лично для меня то количество личного дискомфорта, который доставляет город ни в какое сравнение не идет с теми благами цивилизации, который он дает. Слышала и такое, что некоторые мамы стараются ограждать детей от походов по травянистым лужайкам, ведь в траву мог быть уронен шприц, ребенок может упасть и уколоться.. Эта страшилка уже за гранью добра и зла и выглядит как несуразное нагнетение проблемы, но есть и такое.

Однако, были в городе и приятные моменты. Моменты эти выражались в отдельных людях, которые замечательным образом приходили нам на помощь в некоторых ситуациях. У всех этих людей были очень уставшие лица и почти пустые глаза, но сердце по-прежнему полно доброты и простой человечности, что очень порадовало нас.

В самом Белгороде было забавно. Например, женщины не раз пытались впихнуться в лифт еще до того, как я успевала выйти из него с коляской. На мое удивленное: “Наверно, было бы удобнее, если бы мы сначала вышли?”, -мне дважды отвечали: “Наверное..” Опять же женщины оборачивались на нас в дверях, на секунду будто бы замирали, а потом отпускали дверь, которая летела в меня с коляской. На мое: “Спасибо, что подержали нам дверь”,- я слышала: “Ой, а я и не видела..” И еще много примеров человеческих взаимоотношений собралось за время поездки. Раньше я бы впала в ступор, стала сердиться, злиться, сетовать на “бесконечное хамство на Руси”, но сейчас реагировала немного иначе. Люди уставшие. Уставшие, пустые, злые. Они и правда смотрят мимо тебя, они бегут в своих заботах, скорее-быстрее, пока кто-то другой не обогнал, они не замечают, не видят, им просто не приходит в голову. И это грустно. Естественно, это не со всеми. Но доля таких велика. И это печально. Кстати, в этот раз, если меня кто-то задевал на бегу, это не вызывало никакого раздражения. И наоборот – если я задевала кого-то, то в ответ получала взгляд, полный пренебрежения и негодования. Кажется, что это все от недостатка личного пространства и постоянной толчеи. Мне то тут вольготно, просторно, подумаешь, раз в месяц кто-то случайно зацепил, а в городе – иначе, каждый день ты в толпе, зажатый и стесненный.. Наверно, это тоже откладывает свой отпечаток. Однако же еще будучи в Нью-Йорке я отметила, что в той же невероятной городской суете и плотности движения, там таких касаний заметно меньше, люди как-то умудряются не задевать друг-друга, уворачиваться. Наверно, этому как-то можно научиться.

“Удобная” городская логистика в виде множества автобусов и маршрутных такси тоже позабавило. Например, остановки водителем не объявляются. -Зачем? Все и так знают, где им выходить, – невозмутимо ответил водитель на мой вопрос. И правда, кому может прийти мысль об иногородних пассажирах. Этот же водитель, на мою просьбу выдать мне билет за уплаченные пятнадцать рублей, молча протянул назад три рубля.. Это, видимо, негласный транспортный уговор – с билетом проезд – 15р, без билета – 12р…

А еще, знаете, что первее всего бросилось в глаза? Отсутствие общественных городских туалетов. И это ведь не только про Белгород, это в целом про все города нашей страны. Городские устроители дают добро на открытие шоппинг-центров, культурных заведений, новомодных и высокотехнологических мест обитания, а вот про самую простую и естественную человеческую потребность забывают. Вот и приходится идти в культурное заведение или магазин какой, чтобы справить нужду.. Помню, пока ходила беременная и жила в Москве, то в голову ни раз приходила мысль о том, что объявляя очередной год в стране годом матери, придумывая новые материнские капиталы и прочие вещи, стимулирующие рождаемость, нужно было первым делом построить в городе достаточное количество чистых уборных для будущих матерей, которым они в тот период куда важнее будущих капиталов. Но это какая-то ловушка большого города – гонка за модным, технологичным, крутым, невиданным, поражающим воображение и полное забвение простых, естественных, но первостепенных вещей. Благо, эта ситуация в последние годы началась немного выправляться. Теперь нужно, чтобы тенденция из столицы пошла дальше, и в остальные города.

Ну и экономический кризис, падения рубля и прочие славные события.. Много у нас с мужем разговоров было на эту тему, но скорее не в экономическом контексте, а в поведенческом. Огромные очереди в банкоматы за снятием денег, потом очереди в магазины, чтобы успеть купить последний телевизор, опустевшие автосалоны, мебельные магазины и прочие потребителькие центры – это какое-то безумие, честное слово. Много было у нас версий и домыслов в отношении всего этого, но остановились мы на следующей. Город в какой-то степени загнал человека в ловушку. Кажется, он открыл ему невероятное количество возможностей роста, развития, самореализации, а по факту – в кризисной ситуации человек спешно бежит в магазин за телевизором, ни на что другое возможностей, желания и фантазии не хватает. Почему так? Есть подозрение, что в условиях города у каждого человека есть строго-ограниченная среда обитания и в личном плане, и в рабочем. Как правило, в большом городе банально не хватает сил и времени на что-то еще кроме дома и работы. Редко у кого есть большое полноценное хобби в виде творчества или ремесла, потому что они требуют специальных мест, оборудования, пространства, времени. Вот и получается, что человек ограничен кругом уже существующих действий, которые довольно сложно и хлопотно поменять, очень уж они инертны. Вот и выходит, что в кризисный момент можно разве что за новой техникой побежать или очередное путешествие оплатить.

Возможно, у кого-то возник справедливый вопрос – а сами то как поступили? Мне иногда кажется, что мы пока не адаптировались к той свободе действий, которая у нас тут есть. Рамки существования расширили, а в голове еще пока не все убрали, так что не уверена, что сами мы сделали что-то выдающееся =) Однако, сложившаяся ситуация подтолкнула нас к покупке рабочего оборудования, на которую долго не могли решиться. Свой дом, своя земля и природные ресурсы рядом позволяют надеется, что покупка эта себя оправдает, откроет новые возможности творчества и, при необходимости, возможность зарабатывать, если уж совсем туго станет. Время покажет.

В целом кризисная ситуация в стране повлияла на нашу деревню повышением цены на домашний творог – на двадцать рублей и на выловленную местными рыбаками рыбу – тоже на двадцать рублей. Навоз тоже подорожал. Звучит смешно, но навоз тут – залог плодородия земли, а значит урожая и количества еды, которое люди способны вырастить сами. Объясняют повышение цем тем, что подорожал корм скоту и бензин, необходимый, скажем, для поездок на рыбалку или привоза навоза. Вот и весь кризис. Огород следующим летом будет давать урожай за ту же плату – человеческий труд, печка топит все теми же дровами так же исправно, в колодце вода не заканчивается, перекрыть тоже не должны. Планируем закупить бензина для транспорта и муки для хлеба, вот и все приготовления к нелегким временам.

Одним словом, так выглядел наш уголок до кризиса

Двор по-прежнему снежный

а так – после

Природа после наступления кризиса в стране
Наша деревня после наступления кризиса в стране

Мало что поменялось. Изменения коснулись разве что природы и её естественной смене времени года. Солнечных дней стало меньше, листва с деревьев совсем облетела, трава покрылась снегом. Но прийдет весна, и вернется солнце, за которым потянется и трава, и новая листва, и птицы будут петь веселее.

Первые три дня после наших поездок я была с Лёвушкой одна дома, Лёша задержался в Москве. Через лёд шли сложно – на улице разыгралась настоящая пурга. Я уже и забыла, как ветрено на льду, как с ног сдувает и норовит унести куда подальше. С непривычке Лёвыш все время норовил вывалиться из своих санок, одеяло, которым его укутывали, все время распадалось, козырек открывался, хлопья снега картинно падали на ресницы, я нервничала. Лев же веселился, а потом и вовсе заснул. Дом за наше отсутствие выхолодился до нуля градусов. Топили до ночи, дотопили только до десяти градусов, и уж к утру печка нагрела до восемнадцати. И несмотря на все это так было радостно и отрадно вернуться домой! Ни с чем несравнимое ощущение. Назавтра лепили снеговиков, ходили за нашими комнатными цветами к соседям, слепили крепость, катались на санках, готовили еду. В эти дни я была без компьютера, камеры, телефона и планшета, так что коротала время за чтением.

Я наконец-то дочитала книгу “Записки пойменного жителя” – книга о жизни и быте в наших местах до затопления молого-шекснинской поймы рукотворным морем. Именно в это время книга стала настоящим откровением, именно сейчас ей было время. В числе прочего автор пишет, что все социально-экономические перемены в стране в виде коллективизации и прочих радостей переживались местными жителями очень спокойно. Веками формировался их уклад жизни, веками совершенствовались их орудия труда и ремесленные навыки, из поколения в поколение передавали они секреты земледелия, творчества, заготовок, промыслов. Они крепко стояли на земле, земля исправно и щедро кормила их. Год проходил в тяжелом ручном труде, разве что зимой оставлявший время для развлечений и праздников. Но жили мирно, сытно, большими дружными семьями до двадцати человек. И вот этот ладный уклад не могли поколебать никакие социально-экономические перепитии в стране, слишком уж это все было незначительно и далеко по сравнению с тем крепким союзом человек-земля, издревне установившемся тут.

Странно, но с тех пор вся деятельность человека была направлена на прогресс, автоматицацию, обеспечение бытового комфорта и прочие явления, освободившие бы человеческие руки от труда, открывшие бы его для наук и творчества, для роста интеллекта, накопления мудрости, внутреннего роста и совершенствования. А к чему пришли? Среднестатистический городской житель нынче может в миг потерять все – работу, возможность оплачивать съемную квартиру или выплачивать ипотеку, средства, чтобы ходить в магазин или развлекать себя посредством общественных услуг.. И это все пугает, это все выбивает почву из-под ног, наводит панику и заставляет совершать абсолютно безумные поступки, например, бежать в магазин и на последние деньги покупать телевозор, чтобы потом сидеть у него и снова и снова слушать – как все плохо. Кажется, многие просто не чувствуют почву под ногами, потому что земля давно скрыта под этажами многоквартирных домов или паршивым по качеству асфальтом…

Соседки мои по деревни спрашивали тут меня по приезду

– Ну, как там город?
А я им, -Да не знают, как новый год отмечать.
– В смысле?
-Ну, рубль то упал, валюта заоблачная..
-И?

Так мне и не удалось объяснить им связь между состоянием валюты и приближающимися праздниками, разве что посмеялись над чудаковатостью горожан.
-Смешно то смешно,- вмешалось старшее поколение, -а как прижмет, так опять начнут деревню раскулачивать!
-Да деревня уж не та, что раньше, что там раскулачивать то?
-Та, не та, а все с банками по деревням сидят, еда у всех припасена. Как оголодают там, так начнется,- не унималось старшее видавшее на своем веку поколение.

 

Мы лишь отмахнулись и разошлись на том, что все будет хорошо! И не такое русский народ переживал, и тут справится! Возможно, в связи со всем этим наоборот оживут поля, начнут снова возделываться и плодоносить. А там, глядишь, и люди к земле потянуться хоть бы и на время, чтобы сбросить накопившуюся усталость, страхи и раздражнние, чтобы подпитаться у природы ее силами и ресурсами, которые пока еще не все загублены.